Азиатская экспедиция 1906–1908 годов: разведка и наука

§ Карл Густав Эмиль Маннергейм и Центральная Азия

§ Азиатская экспедиция полковника Карла Густава Эмиля Маннергейма 1906–1908 гг. занимает особое место в истории российского военного востоковедения и в биографии будущего маршала Финляндии. На протяжении многих десятилетий она воспринималась преимущественно как один из наиболее известных эпизодов разведывательной деятельности русского Генерального штаба. Однако такое понимание оказывается неполным. Экспедиция действительно была предпринята по военному заданию и преследовала вполне конкретные разведывательные цели, но одновременно стала серьезным научным предприятием, результаты которого вышли далеко за рамки первоначального служебного поручения.

§ Именно сочетание разведки и науки позволяет наиболее точно понять характер путешествия Маннергейма. Военная разведка определяла скрытую цель маршрута; научная работа обеспечивала ему легальное прикрытие, расширяла круг контактов и одновременно формировала самостоятельный корпус источников по истории, этнографии, антропологии и географии Центральной Азии и западного Китая. Современные публикации материалов экспедиции показывают, что научная составляющая не была простой декорацией: Маннергейм действительно проделал большую исследовательскую работу, собрал коллекции, вел дневник, фотографировал, осуществлял антропометрические наблюдения и приобретал рукописные и археологические материалы.

После русско-японской войны: новая задача для Генерального штаба

§ Отправка Маннергейма в Китай была связана с международной обстановкой, сложившейся после русско-японской войны 1904–1905 гг. Поражение России заставило военное руководство внимательнее оценивать положение на Дальнем Востоке и в Центральной Азии. Особенно важным становился вопрос о военной и политической трансформации Китая.

§ В Петербурге внимательно следили за реформами китайской армии, развитием транспортной сети, усилением центральной власти и ростом иностранных влияний в западных провинциях Китая. Не менее существенным было соперничество России и Великобритании в Центральной Азии. С точки зрения русского Генерального штаба требовалось получить максимально конкретные сведения о территориях, которые в случае будущего русско-китайского конфликта могли оказаться на направлении возможного продвижения русских войск.

§ Поэтому перед Маннергеймом была поставлена задача, существенно отличавшаяся от обычного путешествия или научной экспедиции. Он должен был изучить состояние китайских вооруженных сил и администрации, оценить военно-политическую ситуацию в западных и северных провинциях, собрать сведения о дорогах и маршрутах, выяснить возможности передвижения войск, состояние коммуникаций, характер местности и отношение местного населения к китайской власти. Особый интерес представляли направления от русского Туркестана через Синьцзян и далее к Ганьсу, Ланьчжоу и Пекину.

§ При этом непосредственное присутствие русского офицера в Китае могло вызвать подозрение китайских властей. Поэтому наиболее естественным прикрытием должна была стать научная экспедиция.

§ В 1906 г. французский синолог Поль Пеллио получил разрешение на путешествие из русского Туркестана в Китай. Русское военное руководство решило воспользоваться этой возможностью и включить в состав экспедиции русского офицера в качестве «гражданского» участника. Выбор пал на Маннергейма. Его преимуществами были знание китайской специфики, владение несколькими языками, военный опыт, происхождение из Великого княжества Финляндского и возможность использовать финский паспорт, что позволяло несколько уменьшить очевидную связь путешественника с русской армией.

§ Так возникла необычная конструкция: русский полковник отправлялся в Китай под видом участника научного путешествия, однако параллельно должен был выполнять самостоятельную программу военной разведки.

Наука как прикрытие — и как самостоятельная задача

§ Научная сторона экспедиции имела несколько источников. В России Маннергейм получил соответствующую подготовку и рекомендации, а в Финляндии к его путешествию проявили интерес Финно-угорское общество и научные круги, занимавшиеся этнографией и археологией.

§ Важнейшее обстоятельство состоит в том, что Маннергейм не ограничился формальным выполнением научной программы. Уже в ходе путешествия он собрал значительный этнографический материал, фотографировал представителей различных народов, проводил антропометрические измерения, записывал сведения о языках, обычаях, хозяйстве, одежде и материальной культуре. В его коллекцию вошли предметы, связанные с сартами, киргизами, уйгурами, тибетцами и китайцами. Национальный музей Финляндии сегодня характеризует это собрание как значительный комплекс этнографических материалов, сопровождаемый более чем тысячей фотографий.

§ Особое значение имели древние рукописные и текстовые материалы. Маннергейм приобретал фрагменты рукописей, в том числе связанные с культурным наследием Восточного Туркестана. Часть этих материалов позднее стала предметом специального филологического изучения. В частности, сохранившиеся в коллекции Маннергейма среднеиранские фрагменты на согдийском письме были исследованы Николасом Симс-Уильямсом и Харри Халеном.

§ Тем самым научная работа приобретала собственную ценность. Маннергейм выступал не просто как разведчик, которому было необходимо иметь правдоподобную легенду, а как представитель тогдашней европейской исследовательской культуры, в которой военная география, этнография, антропология и востоковедение нередко тесно переплетались.

От Пеллио — к самостоятельной экспедиции

§ Первоначальный замысел предполагал совместное продвижение Маннергейма и французской экспедиции Пеллио. Однако уже в начале путешествия между двумя руководителями возникли разногласия, прежде всего по вопросам финансов, маршрута и подчинения.

§ Пеллио настаивал на своем руководстве экспедицией. Для Маннергейма это означало бы фактическое подчинение научному руководителю, тогда как он обладал отдельным русским военным заданием. В результате сотрудничество оказалось непродолжительным, и Маннергейм продолжил путь самостоятельно.

§ Это обстоятельство имело важное последствие. С одной стороны, самостоятельность значительно усложнила путешествие: приходилось самому организовывать караван, искать проводников, обеспечивать лошадей и продовольствие, устанавливать контакты с местными властями и преодолевать огромные расстояния. С другой стороны, именно самостоятельность позволила Маннергейму выбирать маршрут в соответствии с собственной разведывательной программой и одновременно значительно расширить программу научных наблюдений.

§ Путешествие продолжалось более двух лет. Его маршрут проходил через Русский Туркестан, Кашгар и другие районы Синьцзяна, далее через западные и северные провинции Китая к Пекину. Экспедиция осуществлялась преимущественно верхом, что позволяло проникать в районы, практически недоступные для обычного европейского путешественника. Современное издание дневников Маннергейма содержит подробные записи маршрута, наблюдений, географических условий и контактов с местным населением.

Что именно интересовало военного разведчика

§ Разведывательная программа Маннергейма была гораздо шире простого описания китайской армии. Его интересовала вся совокупность факторов, определявших потенциальную военную проходимость территории.

§ Прежде всего изучались дороги и коммуникации. Для Генерального штаба было принципиально важно знать, каким образом от русской границы можно двигаться в глубь Китая. Поэтому Маннергейм фиксировал состояние дорог, перевалов, речных переправ, населенных пунктов, расстояния между ними, возможности снабжения и размещения войск.

§ Не менее важными были географические условия. Военная карта должна была учитывать не только направление движения, но и рельеф, климат, наличие воды, характер почв, возможности использования животных и транспортных средств. Обычные дневниковые записи путешественника в данном случае приобретали военно-топографическое значение.

§ Третья группа вопросов касалась китайской армии и административной системы. Маннергейм собирал сведения о численности и размещении войск, их вооружении и подготовке, характере военных реформ, деятельности местных властей. Особое внимание уделялось тому, насколько быстро Китай способен преобразовать западные территории в более управляемую и военно организованную часть государства. В опубликованных материалах экспедиции отмечается, что сведения о военной и административной реорганизации Китая входили непосредственно в программу его задания.

§ Наконец, Маннергейма интересовало население. Для военного планирования было важно знать этнический состав регионов, отношения между различными группами, влияние ислама, буддизма и даосизма, отношение населения к китайской администрации. Этнографические наблюдения в этом смысле имели не только академическую, но и прикладную ценность.

Разведывательный дневник

§ Одним из наиболее значительных результатов экспедиции стал дневник Маннергейма. Его записи позволяют увидеть двойственную природу путешествия.

§ С одной стороны, это дневник исследователя: описания городов, базаров, храмов, жилищ, одежды, обрядов, хозяйственных занятий, языковых особенностей, природных условий. С другой — записи профессионального офицера, постоянно обращавшего внимание на дороги, численность населения, состояние гарнизонов, военные учреждения, систему управления и возможные направления движения.

§ Поэтому дневник представляет собой источник особого типа — гибридный документ разведывательного и научного наблюдения.

§ Значительная часть дневниковых материалов была опубликована лишь спустя десятилетия. В 1940 г. Финно-угорское общество издало подготовленные Каарло Хилденом записи Маннергейма под названием Across Asia from West to East in 1906–1908. Современное расширенное издание 2008 г. включает ранее не публиковавшиеся материалы и фотографии.

§ Для историка это особенно важно: позднейшая мемуарная версия событий может быть сопоставлена с первоначальными записями. Кроме того, дневник позволяет увидеть, насколько органично в сознании самого Маннергейма сочетались профессиональная военная наблюдательность и интерес исследователя.

Фотография как инструмент разведки и науки

§ Отдельного внимания заслуживает фотографическая работа Маннергейма. За время путешествия он сделал более тысячи фотографий; в различных публикациях называется цифра около 1200–1300 снимков. Они фиксировали не только людей, но и ландшафты, города, дороги, архитектуру, предметы быта, торговлю и различные стороны повседневной жизни.

§ Для этнографии фотографии были ценнейшим источником. Они позволяли документировать одежду, прически, особенности внешности, жилища и хозяйственный инвентарь. Антропологические фотографии сопровождались измерениями.

§ Для военной разведки фотография также имела практическое значение. Ландшафт, дороги, мосты, укрепления, городская застройка и характер коммуникаций могли быть дополнительно изучены уже после возвращения в Петербург.

§ В этом отношении экспедиция Маннергейма представляет ранний пример комплексного использования фотографии как инструмента полевой науки и военной разведки.

Этнография Центральной Азии

§ Научный результат путешествия особенно заметен в области этнографии. Маннергейм пересекал районы с чрезвычайно разнообразным населением — мусульманским, буддийским и китайским, сталкивался с различными этническими и языковыми группами.

§ Большой интерес представляют его наблюдения за уйгурами и другими народами Восточного Туркестана. В 1911 г. были опубликованы материалы о «желтых уйгурах», включавшие словарные записи, антропологические измерения, фотографии и этнографические наблюдения. Сам Маннергейм подчеркивал ограниченность своих выводов: основной целью путешествия была не антропология и не этнография, поэтому он рассматривал свои наблюдения как предварительный материал.

§ Эта научная осторожность заслуживает внимания. Она показывает, что Маннергейм, несмотря на военную специализацию, понимал отличие непосредственного полевого наблюдения от полноценного академического исследования. Он не претендовал на роль профессионального антрополога, но собирал материалы таким образом, чтобы ими могли воспользоваться специалисты.

Археология и рукописи

§ Еще одним направлением стала археология. В Кульдже Маннергейм участвовал в раскопках совместно с сотрудником русского консульства Дьяковым. В дальнейшем он приобретал древние рукописные фрагменты и другие памятники культуры.

§ Здесь также проявилось характерное для экспедиции сочетание военного и научного интереса. Для разведчика руины древних поселений, торговые пути и старые коммуникации могли давать сведения об исторической географии региона. Для востоковеда те же материалы представляли самостоятельную научную ценность.

§ История коллекции Маннергейма впоследствии стала частью истории европейского изучения Центральной Азии. Исследователи отмечают, что приобретенные им текстовые материалы происходили, в частности, из района Турфана и включали китайские, уйгурские, тибетские и согдийские фрагменты.

§ Таким образом, экспедиция внесла вклад не только в современное ему описание Китая, но и в изучение древней истории Великого шелкового пути.

Русский офицер и финский ученый

§ Особое значение экспедиция имеет для понимания самого Маннергейма как исторической фигуры. В 1906–1908 гг. он находился на службе Российской империи, оставаясь одновременно уроженцем Великого княжества Финляндского и человеком европейской научной культуры.

§ Эта двойственность особенно отчетливо проявилась в его азиатском путешествии. Военное задание он выполнял для русского Генерального штаба. Научные коллекции значительной частью предназначались финским научным учреждениям. При этом обе линии деятельности не противоречили друг другу.

§ Напротив, именно их соединение сделало экспедицию столь результативной. Военный статус обеспечивал Маннергейму дисциплину наблюдения, навыки картографии, понимание стратегического значения местности и способность оценивать административные и военные структуры. Финская научная среда, в свою очередь, предоставляла ему конкретные этнографические и археологические задания.

§ В этом отношении азиатская экспедиция является важным примером того, насколько условным было жесткое разделение между «русской» военной деятельностью Маннергейма и его «финской» научной идентичностью. В 1906–1908 гг. эти стороны его биографии существовали одновременно.

Итоги для русского Генерального штаба

§ После прибытия в Пекин Маннергейм систематизировал свои материалы. Осенью 1908 г. он провел около месяца в русском посольстве, приводя в порядок записи. Затем подготовил обширный отчет о путешествии.

§ В 1909 г. в Санкт-Петербурге был опубликован Предварительный отчет о поездке, предпринятой по Высочайшему повелению через Китайский Туркестан в северные провинции Китая в г. Пекин в 1906–7 и 8 гг. полковника барона Маннергейма. Он вошел в серию Сборник географических, топографических и статистических материалов по Азии и предназначался для служебного использования.

§ Сам факт появления такого отчета показывает, что путешествие было частью систематической работы русского военного ведомства по сбору информации о Китае и Центральной Азии.

§ При этом разведывательный результат нельзя сводить к набору секретных сведений. Маннергейм создал объемный комплекс наблюдений, который позволял русскому командованию сопоставить географические, экономические, административные и военные характеристики огромного региона.

§ Особенно ценным было то, что информация собиралась непосредственно в пути. В отличие от сведений, полученных через дипломатические каналы или местных информаторов, наблюдения Маннергейма основывались на непосредственном прохождении территории.

Научное наследие экспедиции

§ Научное значение путешествия оказалось долговечнее первоначального военного задания. Сохранившиеся дневники, фотографии, карты и коллекции используются как источники по истории Центральной Азии начала XX века.

§ В Финляндии значительная часть этнографической коллекции Маннергейма находится в Национальном музее Финляндии; материалы дневников и рукописные фрагменты связаны с собраниями Финно-угорского общества.

§ Публикация дневников продолжалась на протяжении XX и XXI вв. В 2008 г. вышло существенно расширенное английское издание Across Asia from West to East in 1906–1908, подготовленное с использованием ранее не публиковавшихся материалов. Его объем составляет 821 страницу с картой.

§ В 2013 г. был опубликован также финский вариант разведывательного отчета Matka Kiinaan: Tiedusteluraportti 1906–1908, подготовленный Харри Халеном. Он представляет собой важный источник для изучения именно военной стороны путешествия.

§ Сегодня исследователь может сопоставлять несколько уровней источников: официальный русский отчет 1909 г., личный дневник, фотографический материал, этнографические публикации и музейные коллекции. Именно такое сопоставление позволяет избежать односторонней оценки экспедиции.

Разведка и наука: два лица одного путешествия

§ Главный вопрос заключается в том, была ли наука Маннергейма лишь прикрытием разведки. Ответ, на мой взгляд, должен быть отрицательным.

§ Безусловно, исходным импульсом экспедиции было разведывательное задание. Русский Генеральный штаб сознательно использовал научную экспедицию Пеллио как средство легального проникновения русского офицера в западные районы Китая. Программа военных наблюдений была сформулирована заранее и включала сведения о войсках, администрации, политической ситуации и маршрутах.

§ Но после начала путешествия научная деятельность приобрела самостоятельное значение. Маннергейм не просто создавал видимость исследовательской работы. Он систематически фотографировал, собирал этнографические предметы, вел антропометрические наблюдения, записывал языковой материал, приобретал рукописи, участвовал в археологических работах и вел подробный дневник.

§ Поэтому правильнее говорить не о «разведке под видом науки», а о двух взаимосвязанных программах, осуществлявшихся в рамках одной экспедиции.

§ Разведка нуждалась в научных методах наблюдения. Наука, в свою очередь, получала благодаря военному профессионализму исследователя возможность проникнуть в районы, которые оставались малодоступными для обычных путешественников.

§ В этом заключается историческая специфика экспедиции Маннергейма.

Значение экспедиции в биографии Маннергейма

§ Азиатское путешествие стало важнейшим этапом профессионального формирования Маннергейма. Русско-японская война дала ему боевой опыт; экспедиция 1906–1908 гг. добавила опыт стратегического наблюдения, полевой разведки и самостоятельного руководства сложным путешествием.

§ Не менее важно и другое. Маннергейм получил уникальное знание азиатского мира непосредственно «с земли». Он увидел не только карту и штабные документы, но и реальные дороги, города, рынки, военные учреждения, религиозные центры и многонациональное население.

§ Для будущего военного и государственного деятеля этот опыт имел принципиальное значение. Он сформировал представление о масштабах азиатского пространства, специфике китайского государства и сложности национальных и религиозных отношений.

§ Поэтому экспедиция 1906–1908 гг. не была эпизодом, случайно затерявшимся между русско-японской войной и последующими событиями российской и финляндской истории. Она стала своеобразной лабораторией, в которой Маннергейм одновременно выступал как русский штабной офицер, разведчик, картограф, фотограф, этнограф и путешественник.

Заключение

§ Азиатская экспедиция Маннергейма 1906–1908 гг. представляет собой редкий пример соединения военной разведки и научного исследования в истории Российской империи начала XX века.

§ Для русского Генерального штаба ее значение заключалось в получении непосредственных сведений о западном Китае, его армии, администрации, коммуникациях и военно-политическом положении. Для науки экспедиция оставила богатейший комплекс источников — дневники, фотографии, карты, этнографические предметы, антропологические материалы и рукописные фрагменты.

§ Именно поэтому оценивать путешествие только как разведывательную операцию было бы столь же неправильно, как представлять его исключительно научной экспедицией.

§ Маннергейм отправился в Азию как русский полковник с секретным заданием. Но вернулся он оттуда не только с отчетом для Генерального штаба. Он привез с собой огромный массив сведений о народах и культурах Центральной Азии и Китая, который впоследствии стал частью научного наследия Финляндии и мировой историографии Востока.

§ В этом двойном результате — разведывательном и научном — заключается подлинное историческое значение экспедиции 1906–1908 гг. Она показывает Маннергейма не только как будущего маршала Финляндии, но и как одного из наиболее интересных представителей той эпохи, когда военное знание, география, этнография и востоковедение еще могли существовать внутри единого пространства полевого исследования.

---

Литература

Источники

1. Маннергейм К. Г. Э. Предварительный отчет о поездке, предпринятой по Высочайшему повелению через Китайский Туркестан в северные провинции Китая в г. Пекин в 1906–7 и 8 гг. СПб.: Изд. Главного управления Генерального штаба, 1909. 173 с.
2. Mannerheim C. G. Across Asia from West to East in 1906–1908. Vol. I–II. Helsinki: Suomalais-Ugrilainen Seura, 1940.
3. Mannerheim C. G. Across Asia from West to East in 1906–1908. Helsinki: Suomalais-Ugrilainen Seura, 2008. 821 p. + map.
4. Mannerheim C. G. A Visit to the Sarö and Shera Yögurs. Helsingfors, 1911.
5. Mannerheim C. G. Matka Kiinaan: Tiedusteluraportti 1906–1908. Helsinki: Suomalaisen Kirjallisuuden Seura, 2013. 240 p.

Исследования

1. Барышников В. Н. Исследования по истории российско-финляндских отношений и военной истории Финляндии. — СПб.: соответствующие издания автора.
2. Мясников В. С. По следам Маннергейма // Мясников В. С. Кастальский ключ китаеведа: сочинения: в 7 т. Т. 6. М.: Наука, 2014. С. 173–181.
3. Смирнов А. С. Барон Маннергейм выполнил разведзадание российского Генерального штаба. 1906–1908 гг. // Военно-исторический журнал. 2007. № 2. С. 24–27.
4. Koskikallio P., Lehmuskallio A. (eds.). C. G. Mannerheim in Central Asia 1906–1908. Helsinki: National Board of Antiquities, 1999. 128 p.
5. Halén H. An Analytical Index to C. G. Mannerheim's Across Asia from West to East in 1906–1908. Places, Persons and General Terms. Helsinki: Suomalais-Ugrilainen Seura, 2004. 160 p. + map.
6. Sims-Williams N., Halén H. The Middle Iranian Fragments in Sogdian Script from the Mannerheim Collection // Studia Orientalia. 1980. Vol. 51. № 13.
7. Turfan Expeditions // Encyclopaedia Iranica. Материалы о деятельности Маннергейма в Центральной Азии и его рукописной коллекции.
8. The National Museum of Finland. Ethnographic Collections. Материалы о коллекции Маннергейма, собранной в ходе экспедиции 1906–1908 гг.
9. NII / Toyo Bunko Digital Archives. Across Asia: vol. I. Цифровое собрание дневника, карт и фотографий экспедиции Маннергейма.

§

§ Полный текст статьи готовится к публикации.